Red Lips Journal
Life Дарья Антипенко 25 April 2017 717

Юрий Бирюков: Путешествие с камерой

Как много могут значить люди в наших жизнях: живёшь себе спокойной, размеренной жизнью, или же суетишься от заката до рассвета, забывая дышать, но однажды встречаешь человека — и внутри вспыхивает пламя, освещая самые таинственные уголки сознания. От него, по цепной реакции, друг за другом выстреливают зелёным светом все мечты и планы, спрятанные под ворохом быта — и твои робкие желания вдруг становятся вполне осуществимыми планами. Сегодня у нас в гостях Юрий Бирюков — человек, который уже больше 10 лет не только зажигает мечты своими фотографиями, но и помогает воплощать их в жизнь.

С чего вы начинали свой творческий путь и вообще, как так получилось, что когда‑то простой Гомельский парень открыл мир так, чтобы на это захотелось смотреть с самого крутого тревел-журнала мира?

История моего пути как фотографа и как путешественника пропитана чередой невероятных совпадений, и я все же склонен верить в судьбу, вмешательство высших сил. Я приехал в Гомель из Жлобина, поступать в политехнический институт, но сразу понял — не мое. Помню, как зашёл в нашу лабораторию, где тускло горел свет, масло на полу, какие‑то провода и подумал: «что я тут вообще делаю?». Университет, особенно общежитие, было для меня скорее школой жизни, чем профессиональным образованием — я научился выкручиваться, прошёл дедовщину. И вот сразу после сдачи диплома произошло событие, повлиявшее на всю мою жизнь.

Идя по улице, я увидел станцию туристов, и в моей голове промелькнула мысль: «надо зайти, вдруг возьмут». К слову, в то время меня уже был небольшой опыт путешествий: первые походы с отцом, с друзьями, где я впервые прочувствовал атмосферу исследований — постоянные переходы, новые люди, пещеры, забытые пляжи. Там и тогда я впервые осознал, насколько я человек природы, какой кайф я получаю от походов, палаток и смены пейзажей.

Я зашёл, и тут произошла совершенно невероятная ситуация. Оказалось, вакантно место инструктора по туризму и фотографа, но, чтобы его получить, нужно было хоть как‑то доказать свою причастность к турпоходам. И именно в этот момент мимо окон здания проходил человек, с которым я ездил на Кавказ.

Если есть мечта — за неё нужно бороться.

Я часто встречаю людей, которые говорят о том, что тоже хотят путешествовать, но не сделали ни единого шага навстречу, оправдываясь финансовыми вопросами и прочим. На самом деле, это лишь вопрос приоритетов: люди часто покупают себе машины, спуская деньги на её содержание и ремонт, чтобы потом сказать: «да, не получилось». Человек выбрал себе этот путь, и это всегда заметно и понятно. Ведь, по правде говоря, необязательно ехать далеко и дорого: я помню свои первые походы на станции туристов — это были походы по Беларуси, — и они открыли мне нашу страну совершенно, с другой стороны.

Россия, Украина, даже для экзотики есть доступные варианты — Грузия со своими прекрасными пляжами, пальмами, горами и интересной культурой. Так что если действительно захотеть путешествовать, возможности можно найти всегда, особенно в наше время, когда существует коучсерфинг, автостоп и интернет.

Были ли у вас экстремальные ситуации?

К счастью, крайне критичных ситуаций в моем опыте не было. Скорее, были непонимания: например, в центральной Африке население очень не любит фотографироваться, начинают кричать, агрессивно вести, что для фотографа, конечно, не очень приятно. Как‑то у нас даже был привод в полицию из‑за того, что я сфотографировал грузовик с бананами. Пришлось объяснять им, что я впервые увидел большой грузовик с бананами, что там, откуда я родом, такого нет, и я хочу показать его друзьям. Отпустили!

Было и такое, что из‑за каких‑либо политических волнений рушились планы. К примеру, в Непале, когда я остался вдвоём с девушкой вдали от столицы, без документов, с одним фотоаппаратом, начались демонстрации. Все дороги были перекрыты, никого не выпускали, проехать можно было только машинам скорой помощи. Так что пришлось включить весь свой актерский талант и разыграть драматический этюд: девушку уложить на кушетку, а самому пустить слезу. Таким образом удалось проехать все блокпосты.

А есть место, куда возвращаться хочется, несмотря ни на что?

Непал. Я был там уже 9 раз и ещё вернусь. В этой стране есть все: природа, культура, приветливые люди, что не может не радовать. И при этом, там можно найти то, к чему привык западный человек: комфортные гостиницы, уютные кафе, что очень трудно найти в индийском мире. Эта та страна, которая всегда оставляет приятное впечатление, сколько бы я групп туда ни возил, не было ни разу, чтобы не понравилось. Множество туристических маршрутов: дважды я ходил к Эвересту, вокруг Аннапурны, там же есть и множество красивых долин.

А если выбирать из пляжных стран, то это — Индонезия. По сравнению со многими другими схожими странами она выгодно отличается: огромное количество красивых островов, но при этом почти нет туристов и, что очень важно для меня, — в ней пока ещё есть та самобытность, культура ради культуры, а не бутафорское туристическое развлечение, которая с каждым годом становится все более распространённым явлением.

Какого это — возвращаться в Беларусь, повидав полмира?

Я всегда рад возвращаться в Беларусь. Конечно, поездив по миру, начинаешь замечать и слабые, и сильные стороны нашей страны. Особенно после Азии очень бросается в глаза наша чистота и спокойствие, когда с умилением замечаешь: никто не пристает, аккуратные лужайки. С другой стороны, возвратившись из Европы, да даже из Намибии, которая долгое время была немецкой колонией, поражаешься, насколько же там все продумано, сделано для человека, до мелочей. В любой стране можно найти и плюсы, и минусы, но Беларусь — мой дом, и я всегда возвращаюсь с радостью.

Помните ли вы вообще первое путешествие и, в особенности, те изменения, которые произошли с вами после него?

Первых путешествий было много — первые походы с отцом, с друзьями, со станцией туристов. Но, наверно, то, которое стало отправной точкой моей новой жизни, было путешествие Индия — Тибет — Непал. Эти три месяца вблизи всегда окутанных мистикой Гималаев, невероятно на меня повлияли. Там же произошло ещё одно судьбоносное событие — друг из Жлобина, живший в то время уже в Москве, с которым я не виделся 10 лет, вдруг объявился в интернете — и прилетел с женой. Спустя месяц после нашего возвращения мне пришёл запрос из Москвы с предложением свозить группу в южную Индию. С тех пор я уже больше 10 лет вожу группы в разные точки мира.

Были ли у вас поездки, которые вызвали ощущение, будто попал совершенно в другую вселенную?

Наверно, каждая страна — это в каком‑то смысле другой мир. Но, наверно, из моего опыта — это Индия. Когда попадаешь туда впервые, она оказывается совсем не той, какой себе представлял. Для кого‑то Индия кажется страной дворцов, храмов, духовных учителей. На деле же, первое впечатление — это страна нищих, мошенников, приставал. Только спустя время начинаешь понемногу открывать ее, видеть действительно очень отзывчивых людей, проникаешься культурой. Та поездка открыла мне многое. Уже после, познавая дальневосточную Азию, начинаешь действительно ощущать себя в другом мире — совершенно иным по культуре, традициям.

6 лет я полностью посвятил освоению Азии, а когда почувствовал, что приелось, поехал, в Африку. И снова — это был ещё один другой, невероятный мир. Сейчас меня уже не тянет в Азию, потому что за эти 10 лет очень многое поменялось — поездками в Индию уже никого не удивишь. Для меня, как путешественника, грустно отмечать, как цивилизация меняет страны: все становится очень одинаковым, рафинированным. Конечно, с точки зрения экономики и туризма это плюс, но теряется та самобытность, ради которой хочется путешествовать. Тем, кто ищет настоящих приключений, кто хочет почувствовать дух исследований, нужно ехать в Африку, пока она не стала столь массовой.

Насколько заметна разница в менталитете, поведении, образе жизни? Какой народ вас удивил, какой вдохновил?

Безусловно, очень заметна: в отношении к жизни, к другим людям, ценности. Одно дело — это уровень жизни, экономические показатели, и совсем другое — впитанные отроду идеалы. Меня невероятно впечатлили в хорошем смысле два народа: таджики и армяне. О них ходят много стереотипов, но, мне кажется, о нации нужно судить не по эмигрантам, нужно ехать в народ. За годы своих путешествий я не встречал более гостеприимных людей. Особенно таджики вызвали у меня глубочайшее уважение: если вы вдруг окажетесь в Таджикистане, можете быть уверенными, что вас не оставят в беде. Повсюду вы будете сталкиваться с помощью: приютить, накормить, подвезти.

Помню, была такая ситуация: водитель, который подвозил нас к одному из музеев, который мы хотели посетить, спросил, где мы будем ночевать, и, услышав, что в палатках, договорился со сторожем музея. Тот постелил нам прямо между экспонатов, попросив проснуться до прихода администрации. На утро, когда мы встали, вокруг уже ходили люди — проспали. И тут перед нами появляется человек — оказывается, это директор музея. Мы, конечно, в ожидании страшного нагоняя, начинаем быстро собираться, а тот говорит: «Ребята, стол уже накрыт, давайте знакомится». В итоге после застолья нам, отказавшись брать деньги, устроили экскурсию по крепости и организовали переезд в другой город. От одного человека я получил колоссальное, неизмеримое количество добра. Я человек не сентиментальный, но, прощаясь, у меня выступили слезы на глазах.

Тогда впервые в жизни я осознал: есть такие отношения между людьми, когда начинаешь любить весь мир.

Была ли мысль переехать в другую страну?

Меня часто спрашиваю об этом, а мне и ответить нечего — я даже не думал об этом. Мне нравится возвращаться, а Беларусь. Дом есть дом.

К сожалению, у техники есть одно неприятное свойство — подводить в самый неподходящий момент. Бывали у вас такие ситуации и как вы их решали?

Техника подводит меня постоянно, я же занимаюсь тем видом фотографии, где ей постоянно нужно сталкиваться с экстремальными условиями — от падений в воду до банальной тряски в джипах. Поэтому после каждой поездки я вынужден обращаться в сервис центр. Каждая поломка для меня — это упущенные моменты, что всегда очень расстраивает. Но все же самое неприятное — это кражи. Помню, в мою первую поездку в Непал у меня украли фотоаппарат, за день до похода в горы. Две недели я исследовал Гималаи без фотоаппарата, ежеминутно вздыхая об утраченных кадрах.

Из чего состоит ваш чемодан?

У меня всегда две сумки — большой походный рюкзак и фотосумка. В рюкзаке лежат все необходимые вещи: одежда, спальник, иногда палатка, зарядные устройства, которые немало весят, путеводители, карты, туристический пакет с мелочами, которые могут понадобится, вроде иголок с нитками, скотча, отвертки, ножа и прочим. В фотосумке, которая весит около 15 кг, лежат антибактериальные средства и вся техника: фотоаппарат, фильтры, объективы. Ее я беру всегда и везде.

Что вы обычно привозите из других стран в качестве сувениров?

В первый раз, когда я попал в Непал, у меня разбегались глаза: чаи, шкатулки, одежда, статуэтки. В общем, через неделю я накупил столько, что понял — увезти не смогу. Тогда я решил послать себе домой посылку. В общем, пришла она мне через полгода, наполовину разворованная.

Постепенно, с каждой поездкой, я покупал все меньше и меньше, а сейчас и вовсе перестал — мне просто уже некуда ставить.

Три точки земли, где нужно побывать каждому, на ваш взгляд?

Я думаю, что у каждого путешественника свои точки «притяжения». Для меня это — Индия, гора Кайлас и Серенгети.

В Индии нужно побывать хотя бы ради того, чтобы увидеть, как совсем иначе живут люди.

Кайлас — центр мира для многих народов, место силы.

Серенгети — настоящее царство диких зверей: львы, зебры, антилопы. А ещё рядом там есть одно очень странное место — озеро Натрон, где появляется необъяснимая радость, эйфория. Я 4 раза возил туда группы, не рассказывая о его свойствах заранее, и всегда все говорят: странное место.

Чтобы вы хотели сказать нашему поколению?

Земля меняется, и меняется очень быстро. Я как‑то писал в своём блоге о том, что многие места, где я был, уже исчезли по разным причинам. Во многом на это влияет человек. В Африке, например, сейчас идёт активное истребление носорогов — и все ради человеческих прихотей. Это далеко не исключение, и вполне вероятно, что наши дети и внуки будут видеть многие виды только на картинках в книжках, как это уже случилось со многими живыми существами. Я рад, что мне удалось повидать то, что будет недоступно для следующих поколений, но с другой стороны, это накладывает определённые обязательства. Сейчас у нас с Алиной Кузьменко открылась фотовыставка: мы хотим показать, насколько красиво человек смотрится в единении, а не вражде с природой.

Есть много границ: они очерчивают территории стран, огораживают частную собственность и определяют меры разумного, — и в целом, служат на благо общества. Но лишь одни портят нам жизнь, заставляя забивать на собственные возможности, — границы в наших головах. Как часто мы смотрим вокруг, подводя свою жизнь под философию большинства: «да все так живут», «это не для меня», пытаемся обуздать тоску, находя нечто ещё более печальное в окружающем мире — только кто будет счастливым за нас?

Всего пару часов беседы спустя с тем, кто послушал зов своего сердца, взяв жизнь в свои руки, понимаешь, насколько важно быть тем, кто ты есть, и насколько же круто во всем находить решение, а не оправдание.

Плюсануть
Поделиться
Отправить
Класснуть
Запинить